Counter-Propaganda.com

Ещё одно обращение в Европейский Суд по Правам Человека

07 07 2014

Последняя версия моей жалобы ЕСПЧ по поводу дискриминации литовцев в Литве.

Скоро будут два года, как я пытаюсь остановить бесстыдную дискриминацию литовцев в так называемой «Литовской Республике». Без результатов. Б такик делах ЕСПЧ обычно является последнеий инстанцией. Но я больших надежд не пытаю, в их глазах мы – ТОЛЬКО литовцы.

Жалоба в Европейский Суд по Правам Человека

Изложение фактов

Прежде всего, это моё заявление объединяет в себе 2 отдельных заявления. В декабре 2013 г. я выслал 2 заявления в Европейский Суд по Правам Человека (ЕСПЧ) в тот же самый день, и в Суде их объединили в одно – которое не приняли, так как я тогда ещё не использовал всех возможных национальных средств. Хотя сейчас я и решил сам соединить эти заявления – так как они имеют отношение к одному криминальному делу, которое велось против меня – всё-таки в Литве я предъявил 2 отдельных иска к Литовской Республике (дальше -ЛР); имели место 2 отельных окончательных решения в Высшем Суде ЛР.

8 декабря 2011 г. капеллан литовской полиции Аушвидас Белицкас был официально признан потерпевшим от преступления полицией ЛР. Прямо заявив полицейскому следователю о своём высоком положении в полиции ЛР (см. приложение 1), Белицкас получил привилегированный статус пострадавшего, так как он считал себя оскорблённым некоторыми анонимными комментариями в интернете, авторы которых ругали Католическую церковь.

18 июля 2012 г. я был официально информирован полицией, что против меня было возбуждено уголовное дело и подозревали, что 23 мая 2011 г. я анонимно написал интернетный комментарий, в котором так называемые иерархи литовской католической церкви обвинялись в жадности и тем совершил преступление – которое по статье 170.2 Уголовного кодекса ЛР может привлечь ответственность до двух лет лишения свободы. Полиция выяснила, что комментарий был выслан из точки доступа в интернет, зарегистрированной на имя моей матери.

Мой первый иск

Предъявив мне уведомление о подозрении в совершении преступления (см. 2 приложение), следователь Людмила Бурдене объявила мне, (приблизительно) что я уже большой и сам могу устроить всё с адвокатом; я ещё подписал пару бумаг (скорей всего, что не нуждаюсь в адвокате, что знаю литовский язык, может быть, что-то ещё, точно не помню).

Я согласился дать показания, но так и не вспомнил, написал ли я этот комментарий или нет. Тогда следователь дала мне подписать протокол допроса. Кроме всего другого, мне предложили признаться в совершении «ПРЕСТУПНОГО ПРАВОНАРУШЕНИЯ», в котором я подозревался.

Согласно статье 6.2 Европейской конвенции о защите прав и основных свобод человека (дальше – Конвенция), я имею право в презумпцию невиновности во время всех правовых процедур. Кстати, интернетный комментарий, который мне инкриминировали (см. 2 приложение), ругал «иерархов» (высших чиновников, назначаемых Папой Римским) Литовской католической церкви, в то время как статья 170.2 Уголовного кодекса ЛР предусматривает уголовную ответственность только за разжигание ненависти к определённым наиболее уязвимым социальным группам.

2. Лицо, которое публично издевается, выражает презрение, разжигает ненависть или призывает к дискриминации группы лиц или лица, ей принадлежащего на почве пола, сексуальной ориентации, расы, языка, происхождения, социального статуса, религии, убеждений или воззрений
наказывается штрафом или ограничением свободы или арестом или лишением свободы на срок до двух лет.

По моему мнению, эта статья звучит абсолютно по-идиотски в стране, где официально запрещена Коммунистическая партия,а высшие чиновники часто публично издеваются над русскими, гомосексуалистами, цыганами и т.д. Во всяком случае, ясно, что статья не имеет ничего общего с «иерархами» Католической церкви, и потому компетентный судья не должен квалифицировать обсуждаемый интернетный комментарий как «преступную деятельность».

Но полиция не только окончательно решила (в Литве так поступают ежедневно), что публикация комментария определённо является «преступной деятельностью», но ещё и предложила мне самому формально признаться, что я совершил ПРЕСТУПЛЕНИЕ (преступную деятельность).

Я был ошеломлён такой потрясающей нахальностью полиции и только написал, что не помню, писал ли я такой комментарий. (см. 3 приложение)

Я чувствовал себя подло униженным таким наглым бесстыдством полиции и решил создать судебный прецедент, который бы принудил правительство ЛР отменить такие отвратительные практики, изменить Кодекс уголовного процесса и прекратить издевательства над другими людьми.

Потому 19 сентября 2012 г. я подал иск на 1 лит (1 евро ~ 3.45 лита) против Литовского Государства. Потребовалось более, чем полтора года, чтобы пройти все судебные инстанции в ЛР.

Мой 2 иск

Мой другой допрос в полиции выглядел как простая формальность; тогда они стали вызывать моих близких. Я был должен доставить в полицейский участок свою 83-летнюю мать – всё это превратилось в унижение всей моей семьи. На мой вопрос, сколько может продлиться их «расследование», следователь ответила: «может пока истечёт срок давности,» – что означало ещё больше, чем год. В этот момент я решился заняться этим серьёзно и кончить всё это как можно скорее.

Для начала я прочёл Кодекс уголовного процесса ЛР и был просто поражён – он ТРЕБУЕТ участия защитника в каждом допросе каждого подозреваемого, не знающего литовского языка (статья 51.3), и потому, согласно статье 12.1 Закона о государством гарантированной правовой помощи, оплачиваемый государством защитник должен быть предоставлен каждому не понимающему литовского языка. Фактически это значит, что бесплатный адвокат должен быть предоставлен каждому, кто ЗАЯВЛЯЕТ, что не знает литовского языка – практически так поступить может каждый не литовец, нуждающийся в бесплатном адвокате.

Тогда я вспомнил Конвенцию и многие другие правовые акты ЛР и решил, что если одним из главных прав человека (гарантированным между прочим и статьёй Конвенции 6.3) пользуются люди, не знающие литовского языка (практически все не литовцы), значит такое же право принадлежит и мне, не смотря на то, что я – литовец и знаю литовский язык. 5 ноября 2012 г. я подал заявление прокурору Аудроне Настулявичене, в котором попросил назначить мне государством оплачиваемого защитника, так как Конвенция и Конституция Литвы гарантируют мне защитника и недискриминацию на почве языка и национальности. В тот же самый день я подал и просьбу позволить мне ознакомиться с материалами дела.

Обе мои просьбы были категорично отклонены (см. 10 приложение), то же самое случилось и со всеми моими апелляциями (см. приложения 11 и 12) кроме последней. Вильнюсский окружной суд остановил заседание, потому что к тому времени полиция закрыла дело, так как «не было собрано достаточно доказательств» моей вины. (см приложение 13)

Всё-таки, к тому времени мне уже был причинён серьёзный ущерб. Полиция почти пол года вела против меня абсурдное и унижающее дело – я абсолютно уверен, что они бы не осмелились даже начать его, если были бы должны с самого начала предоставить мне бесплатного адвоката, как для незнающих литовского языка. Я потерял много своего бесценного времени общаясь с полицией и за писанием бесчисленных просьб и апелляций разным прокурорам и судам.

Но важнее всего то, что как оба мои просьбы отклонивших прокурора: Томас Улдукис и Арунас Жямрета, – так и судья Пятрас Карвялис практически заявили, что я не имею права на государством оплачиваемого защитника потому, что, между прочим, ЗНАЮ ЛИТОВСКИЙ ЯЗЫК. (см. приложения 10-12) Это меня особенно унизило, радикально сменило моё отношение к так называемой Литовской Республике, её прокуратуре, судам и большинству других органов.

Кроме того, оба прокурора и судья указали мне, что за правовой помощью могу обратиться в муниципалитет. Это тоже очень меня унизило. Как я узнал из интернетной страницы муниципалитета, для того чтобы получить бесплатную правовую помощь, я был должен доказать, что мои доходы не превышают 102 евро в месяц. В Литве такой суммы может хватить на содержание собаки средней величины; указание, что я имел такое «право», меня особенно унизило и оскорбило.

Тогда я решил сделать всё, что в моих силах, чтобы изменить сложившуюся постыдную ситуацию в ЛР и прекратить дискриминацию литовцев и всех других говорящих по-литовски. Однако мы, литовцы, практически являемся бесправными в своей стране. Большинство наших прав существуют только на бумаге; судя по СМИ и моему личному опыту, в ЛР даже у кошек и собак больше шансов защитить свои права.

Потому я решил создать правовой прецедент в Европейском суде по правам человека. Как я уже объяснил, нарушения моих важнейших прав прокурорами и судьёй нанесли мне большой ущерб, и я решил добиваться компенсации. 11 февраля 2013 г. я подал иск на 1000 000 литов (около 300 000 евро) против Литовского Государства в участковым суде г. Вильнюса.

Верховный суд Литвы тоже меня дискриминировал

Высшей судебной инстанцией в ЛР является Высший суд Литвы (ВСЛ). Так как статьи 13 и 14 Конвенции гарантируют мне право «на эффективное средство правовой защиты в государственном органе» без дискриминации по никаким признакам, я обратился в ВСЛ с кассационными жалобами для обоих своих исков. Я сам написал эти жалобы, так как у меня нет средств для того, чтобы нанять адвоката.

Кодекс цивильного процесса Литвы представляет право писать кассационные жалобы в ВСЛ только юристам (лицам с высшим юридическим образованием). Если лицо не является дипломированным юристом, за него (неё) жалобу может написать юрист – член его (её) фамилии. В других случаях жалоба должна быть написана адвокатом.

Я не являюсь юристом, у меня нет ни члена семьи с юридическим образованием, ни средств на адвоката. Но Конвенция гарантирует, что меня не будут дискриминировать на почве моего происхождения и социального положения. Потому я сам написал кассационные жалобы и подал их в ВСЛ. (см. приложение 8 и 19) Я скрупулёзно выполнил все требования Кодекса цивильного процесса кассационным жалобам и выяснил, почему мне пришлось писать жалобы самому, и указал на статьи 13 и 14 Конвенции, которые закрепляют мои права «на эффективное средство правовой защиты в государственном органе» и недискриминацию; но ВСЛ тупо отказался принять мои жалобы, только потому что я не являюсь юристом.

По-этому я чувствую, что ВСЛ также нарушил мои права, закреплённые в статьях 13 и 14 Конвенции.

Изложение имевшего(их) место, по мнению заявителя(ьницы), нарушения(ий) конвенции и/или протоколов к ней и подтверждающих аргументов

6 и 14 статьи Конвенции были нарушены, когда мне не предоставили даже ВОЗМОЖНОСТИ немедленно получить государством оплачиваемого адвоката к первому допросу (так же и ко второму), хотя всем утверждавшим, что не знают литовского языка, присутствие защитника было государством гарантированным ОБЯЗАТЕЛЬСТВОМ.

Позже, отказавшись предоставить мне государством оплачиваемого защитника (какой принадлежал не знающим литовского языка лицам) потому, что я знаю литовский язык, и дерзко указав мне моё право обратиться за правовой помощь в муниципалитет, прокуроры Томас Улдукис и Арунас Жямрета и судья Пятрас Карвялис нарушили статьи 3, 6, 13 и 14 Конвенции.

Факт нарушения 6.3 статьи очевиден. Я не могу позволить себе нанять адвоката. Судя по официальным исследованиям, только одна литовская семья из четырёх может заплатить 240 евро на неожиданные расходы. В литовских СМИ много репортажей о литовцах, осуждённых как преступники за абсолютно безобидные шутки о поляках, евреях и т.п., хотя полиция никак не реагирует на десятилетия продолжающиеся отвратительнейшие издевательства над литовцами и литовской традиционной религией. (см. 21 приложение) Наконец, Верховный Суд ЛР уже оправдал женщину, которая откровенно издевалась над геями. (Решение от 18 декабря 2012 г.) Это значит, что фактическое отнятие у небогатых литовцев права на адвоката почти неизбежно приводит к осуждению их как преступников за «уголовные правонарушения», которые считаются невинными шутками в других странах и даже в ЛР – если они направлены на литовцев. Если надо, могу представить больше доказательств.

Статья 6.2 Конвенции была нарушена решением, что публикация интернетного комментария, в написании которого меня подозревали, являлась преступной деятельностью, и предложением мне признаться, что я совершил преступную деятельность. В моих глазах такой приём выглядит исключительно отвратительно. Если бы я написал тот комментарий и не вчитался бы в с первого взгляда невинную фразу, я мог бы дать себя обдурить и признаться виновным в совершении преступления, хотя комментарий совсем не похож на криминальный – как я уже доказал в предыдущей главе.

3 статья Конвенции также была нарушена, так как такая пакость без сомнения должна быть квалифицирована как «унижающее достоинство обращение». Это было усугублено тем обстоятельством, что я являюсь литовцем и потому был лишён права на государством оплачиваемого адвоката.

Моё достоинство было унижено прямыми заявлениями, что мой родной язык лишает меня одного из главных прав человека. Литовская Республика бесстыдно унизила меня до бесправного животного только потому, что я был рождён литовцем и говорю языком своей матери. Трудно придумать другой способ меня так сильно унизить. Кроме того, указания, что я могу обратиться в муниципалитет и попытаться доказать, что мои доходы не превышают 102 евро, тоже унизили моё достоинство. Намёки, что я, как литовец, могу жить с доходов, которых едва достаточно на содержание домашнего животного, меня очень оскорбили. Так что 3 статья Конвенции тоже была грубо нарушена.

И наконец, хотя я откровенно просил прокуроров и суд превратить мои Конвенцией гарантированные права в жизнь, они на это никак не реагировали. Значит и 13 статья была грубо нарушена правовыми органами ЛР. Высший суд Литвы отказался даже принять мои кассационные жалобы потому, что не являюсь юристом (см. приложения 9 и 20), и этим ещё два раза нарушил 13 статью.

Многочисленные нарушения статьи 14 также, по моему мнению, очевидны. Моё признание, что знаю литовский язык, вызвало ограничение моего права быть защищаемым адвокатом, гарантированного статьёй 6.3. Меня дискриминировали по причинам языка и, косвенно – так как не литовцы всегда могут притвориться, что не владеют литовским языком достаточно хорошо – по признаку национальности. Так как не могу позволить себе нанять адвоката, меня также дискриминировали из-за моего социального положения.

Высший суд Литвы тоже дискриминировал меня из-за моего социального положения и просзхождения, так как мне не позволили воспользоваться моим правом «на эффективное средство правовой защиты в государственном органе», которое предоставляется юристам, членам семей юристов и состоятельным людям, которые могут себе позволить нанять адвоката.

Что об этом думаете?


Введите первые две цифры! включите картинки и пирожки

имя   

   

Веленью божему, о муза, будь послушна,
Обиды не боясь, не требуя венца,
Хвалу и похвалу приемли равнодушно
   И не оспоривай глупца.

Пушкин

Counter-Propaganda.com

Counter-Propaganda.com – ru

символ

Counter-Propaganda.com

новости

заказать новости

элепочтой элепочтойRSS RSS

в социальных сетях

символ

©  Гедрюс // 2005 - 2017